ARTIST'S STATEMENT

Вложить смысл в обычный бытовой предмет — это интерес или миссия? Может это просто привычка? 

Демоны. Слово взрослое, но другого у меня не нашлось. Я ощущала чёрный дым, он заполнял всё пространство. Самое страшное, что места, куда бы он не смог проникнуть, не было. Исключением не стал и мой дом… Выше моего роста трехлетнего ребёнка бегали тени, и скрыться от них было практически невозможно. Они смеялись, будто издевались, и переодически колотили меня по голове. Некрепкий разум треснул, как стакан, в который слишком быстро налили горячее. Этот звук разбитых осколков, к сожалению, я слышала не раз. Странно, именно это я помню лучше всего. Остальное детство будто выцвело на фоне этого треска, хотя на самом деле если заставить себя не слышать этот звук, холсты с воспоминаниями наливаются яркими красками. 

Взрослые думают, что дети не знают, что такое тьма. Дети знают. Просто у них есть воображение, а это инструмент с двумя режимами. Первый раздувает страх до размеров дома. Второй делает его таким, с которым можно жить, а потом и смотреть на него. Мне повезло со вторым: рядом была бабушка. Она сказала, что осколки могут превратиться в бриллианты. И раз уж я оказалась там, где темно, я должна подключить воображение и давить, ДАВИТЬ! им этих чёртиков. 

Бриллианты же могут так красиво передать свет… Но откуда? Откуда его достать, спрашивала я. Я всё время старалась его принести с внешней стороны, собирала его в окнах, в небе, ловила солнечных зайчиков… Но каждый раз, когда тьма поглощала меня снова, рядом не оказывалось ничего… Мне очень хотелось обратно, и в какой-то момент моя сила, мой дар, начал расти… Может быть нечаянно, да это уже и не важно, но я поняла вещь, которую с тех пор проверяла множество раз: если вокруг нет света, ищи его в себе.

Только изнутри получалось достать лучи, которые бесконечным потоком отражались от растущих в грязной земле алмазов, изумрудов и разнообразных стёклышек. Даже то, что ранило мои детские ноги, стало освещать мне путь и превратилось в мою силу. Многогранность и глубина либо растворяют твои страхи, либо растворяют тебя в них. И выбирать приходится заново, каждый раз. 

Каждый раз, падая на дно, куда не проникает внешний свет, куда ему не дотянуться, единственной моего силой была только я сама, и я каждый раз находила в себе силы светить.